Высшее образование

Существовало также еще и высшее образование, которое, никогда не становясь слишком значимым, все более и более распространялось к концу V и в течение IV века. То, чему учили в предшествующий век, оказалось недостаточно, и поэтому стали обучать еще рисованию и различным наукам: геометрии, астрономии, географии, риторике и философии. Человеческое знание во всех этих отраслях сделало большой шаг вперед и вполне естественно, что образование пожелало им воспользоваться. Но можно легко догадаться, что это дополнительное образование было доступно только самым богатым и способным из афинских юношей. Например, среди слушателей Сократа были юноши только из богатых семей. Крайние консерваторы, вроде Аристофана, напрасно порицали или высмеивали эти новшества, они удержались, несмотря на их сопротивление и неприятие.

Платон очень хорошо показывает, насколько велика была любознательность этих молодых людей и какое впечатление производили на них слова учителя.

«Молодой человек,— говорит он, — впервые вкусивший из этого источника, радуется так, как будто бы он нашел сокровище мудрости; он вне себя от восторга. Ему доставляет наслаждение вспоминать все речи, выбирая из них идеи, соединять их в одно целое или разбирать их по частям и ставить тем самым в затруднение прежде всего самого себя, а затем уже всех окружающих: молодых, старых, сверстников, кем бы они ни были; не щадя ни отца, ни матери, никого из тех, кто его слушает».

Демидок, бывший стратег, приходит посоветоваться с Сократом относительно своего сына Теага. «Некоторые юноши, его сверстники,- говорит он, — повторяют ему такие речи, от которых он смущается и начинает им завидовать. Он уже давно пристает ко мне с просьбой заплатить софисту, чтобы тот обучил его мудрости. и я думаю, если он пойдет учиться, то избежит многих неприятностей. До сих пор я сдерживал его своими советами, но теперь я в этом бессилен. Вот почему я думаю, что лучше всего уступить ему».

«Рано утром Гиппократ сильно постучался палкой в дверь. Когда ему отворили, он сразу же вошел, торопясь и громко крича: "Сократ, ты проснулся или еще спишь?" Я узнал его голос и ответил ему: "А, Гиппократ, какие новости принес ты?" - "Только хорошие". - "Прекрасно, но в чем же дело и почему ты пришел в столь ранний час?" - "Прибыл Протагор", - сказал он. - "Что же из этого? Разве Протагор чем тебя обидел?" - "Да, клянусь богами, потому что он хранит свою мудрость для себя одного и не хочет поделиться ей со мной". - "Но клянусь Зевсом, тебе нужно только заплатить ему и стать его слушателем, и тогда он поделится своей мудростью с тобой". - "Да пошлет небо, чтобы это было так! Я не пожалею ничего из своего добра, ни из добра моих друзей. Я затем и пришел к тебе, чтобы ты поговорил с ним обо мне. Говорят, что никто не может сравниться с ним в искусстве слова. Мы могли бы сейчас же отправиться к нему, чтобы застать его еще дома. Он остановился у Каллия"».

Вот в каких выражениях Алкивиад говорит о Сократе: «Когда я его слушаю, у меня начинает биться сердце. Я проливаю слезы и вижу, как многие другие тоже плачут.

Часто он трогает меня до такой степени, что мой образ жизни кажется мне невозможным. и ты не скажешь, Сократ, что это неправда, потому что даже в настоящий момент, если я соглашусь выслушать тебя, я не устоял бы и был бы тронут, как всегда. Он заставляет меня признаться, что, нуждаясь во многом, я пренебрегаю самим собой, чтобы заниматься делами афинян. и я убегаю от него, как от сирены, заткнув себе уши, чтобы не состариться, сидя около него. Я испытываю перед ним то, чего никто кроме меня не способен испытать, - стыд. Я краснею перед ним, потому что чувствую, что мне нечего ему возразить, а я не могу ему сказать, что не должен делать того, что он мне советует. Однако, как только я его покидаю, вновь поддаюсь желанию угождать народу. Я прячусь от него, как беглый раб, и, встречаясь с ним, краснею от того, что я ему признался. Мне даже хочется, чтобы он умер. Но если бы это случилось, я бы расстроился еще больше: так что я и сам не знаю, как мне быть с этим человеком». (Платон.)