Усыновление

Случаи усыновления были очень часты в Древней Греции. Причину этого объясняет нам Исей: «Все чувствующие близость смерти,— говорит он, — заботятся о том, чтобы не оставить после себя пустого дома, а напротив, иметь кого-либо, кто приносил бы их манам погребальные жертвы и оказывал им почитание, предписываемое обычаем. Таким образом, если кому приходилось готовиться к смерти бездетному, он старался обзавестись сыном через усыновление» (О наследстве Аполлодора). «Менекл,— говорит он в другом месте,— думал о том, чтобы не остаться без детей, а найти кого-либо, кто бы во время его жизни заботился о его старости, похоронил бы его, когда он умрет, и воздавал бы из года в год надлежащие почести его могиле». (О наследстве Менекла). Следовательно, многочисленность усыновлений вызывалась религиозными верованиями. Усыновляли чужого для того, чтобы обеспечить себе впоследствии те почести, которые надлежало оказывать усопшим.

Для усыновления, следовательно, надо было быть бездетным. Однако усыновление не теряло своей силы, если после него у усыновителя рождался законный ребенок; в этом случае наследство делилось между всеми детьми. Само собой, что малолетний не мог быть усыновлен без согласия его родителей, что же касается усыновления совершеннолетнего, то для этого не требовалось никакого разрешения.

Само усыновление совершалось или посредством особого акта при жизни усыновлявшего, или по завещанию.

В первом случае усыновлявший собирал своих близких, членов своей фратрии и по совершении жертвоприношения представлял им усыновляемого. После этого проводили голосование, и если результат получался благоприятный, усыновленный вносился под его новым именем в список фратрии. Эта формальность не была, однако, обязательна, хотя она обычно и практиковалась.

Усыновление по завещанию оказывалось действительным только после смерти усыновлявшего. Таким образом, можно было усыновить не только уже родившегося, но даже еще не появившегося на свет. Так, например, отец, у которого были только одни дочери, усыновлял иногда сына, которому предстояло родиться у одной из них. Случались усыновления даже посмертные; если кто-либо умирал без потомства, самый ближайший его родственник обязан был назначить ему одного из своих сыновей в качестве приемного сына.

Усыновленный становился наследником усыновителя и принимал все его права с одним обязательным условием: воздавать ему погребальные почести и почитать его манов. Но зато он разрывал все связи со своей первоначальной семьей, и если бы ему захотелось вернуться в нее, он мог это сделать, только оставив вместо себя своего сына в семье, его усыновившей.

(Жид и Кайллеме. Словарь древностей.)