Роль женщины в доме по Ксенофонту

Исхомах женился на молодой девушке, едва достигшей пятнадцати лет, и привел ее в свой дом. Они совсем не знали друг друга. До свадьбы они даже не видели друг друга; их союз был вызван не естественной склонностью, а, быть может, родственной связью, соображениями выгоды или волей двух семей. К этому мужчине, с которым впредь связана ее судьба и который для нее остается пока еще чужим, молодая женщина не может чувствовать ничего кроме страха и робости. Она опасается своего неведения и еще больше боится того превосходства, которое дают ее мужу более зрелые возраст и ум. Исхомах знает, что она неопытна, что жила до сих пор окруженная строгим надзором, «приученная ничего не видеть, не слышать, не задавать вопросов». Все ее знания состоят в умении обрабатывать шерсть, да еще она видела, как распределяют работу между служанками. Но это неведение и ее робость располагают ее к некоторого рода добровольной покорности.

После того как она имела время привыкнуть и освоиться, Исхомах приступает к ее образованию. Прежде всего он старается внушить ей доверие. Она не должна смотреть на себя как на рабыню, обязанную только слушаться, а как на подругу своего мужа, обладающую также своей долей власти. Ее обязанности отличаются от тех, которые выполняет муж, но они не менее важны и не менее трудны. Муж и жена вступают в брак, чтобы оставить после себя детей для продолжения рода, которых надо воспи- тать. На долю мужа ложится обязанность вне дома добывать все, что необходимо для пропитания и содержания его близких; на долю женщины — разумно тратить в доме те средства, которые муж добывает своим трудом. Это разделение занятий объясняется неравенством физических сил и различием душевных склонностей.

Установив эти принципы, Исхомах объясняет обязанности, которые должна выполнять его жена. В доме она полная госпожа, и муж, посягнув на ее права, поставил бы себя сразу в смешное и глупое положение. Область, подлежащая ее ведению, хотя и ограничена, но задачи, которые выполняет жена, достаточно сложные. Царица пчел не покидает своего улья, но управляет всеми работами. Она не позволяет ни одной пчеле оставаться без дела, посылает их на работу из улья и принимает запасы, приносимые каждой из них. Точно так же, никогда не покидая своего дома, женщина наблюдает за уходом слуг, отправляющихся на поля, назначает и контролирует работу тех, кто остается дома; она учитывает и распределяет все приносимые припасы, делает запасы. Она же обучает рабынь прясть и ткать шерсть; вознаграждает хороших слуг и наказывает плохих; словом, она заведует всем домом, в котором ей все подвластны. Сам муж не составляет в этом исключения; в силу своих качеств она может взять над ним верх, сделать из него своего первого слугу и своей ловкостью в ведении домашних дел заслужить к себе любовь и уважение, которые останутся даже тогда, когда ее красота исчезнет, и обеспечат ей почетную и счастливую старость.

Исхомах добавляет к этому и другие советы. «Порядок, — говорит он, — составляет красоту хоров и силу войск; без него моряки не могли бы разместить на корабле, где пространство очень ограничено, такого большого количества предметов. Как же мы, располагающие таким обширным пространством в доме, к тому же прочно построенном на твердой земле, не сумеем найти для каждой вещи самого подходящего места? Это служило бы доказательством нашей глупости». Выбрать для одежды и для различных запасов надлежащее место, установить везде точный порядок и наблюдать за тем, чтобы ничто не нарушало установленного порядка, это значит не только трудиться над благоденствием своей семьи и ее обогащением, это значит еще радовать глаза и удовлетворять ум приятным зрелищем симметрии. Самая простая, ежедневно используемая мебель, самые обычные хозяйственные вещи делаются более привлекательными, если они расположены в порядке, и «даже кухонные горшки, расставленные с толком, могут выглядеть гармонично». Исхомах показывает своей жене различные помещения жилища и объясняет ей назначение каждого из них. Они составляют опись своего имущества и определяют каждому предмету соответствующее место, которое он и должен занимать.

Это еще не все. Необходимо иметь еще помощницу, которая помогала бы жене и управляла бы рабами под ее руководством. Недостаточно назначить на эту должность самую воздержанную, трудолюбивую и умную из невольниц, надо приобщить ее к радостям и горестям дома, заинтересовать в увеличении благосостояния ее господ, показав, что и она будет иметь в этом свою долю. Только при этих условиях женщина могла найти в своей помощнице по домашнему хозяйству преданную союзницу, являвшуюся как бы первым министром в этом семейном государстве, но таким, который хорошо знал свое место и не посягал бы на привилегии верховной власти. Эта помощница облегчала задачу своей госпоже, но никогда не замещала ее полностью и не освобождала от необходимости самой следить за всем.

Однажды молодая женщина нарумянилась, чтобы выглядеть еще красивее, и надела обувь на высоких каблуках, чтобы казаться выше ростом. Исхомах в кратких словах упрекает ее за это невинное кокетство. Вступив в брак, они принесли друг другу во взаимный дар свои тела, и, со своей стороны, он счел бы за обман своей жены дать ей не свое здоровое и крепкое тело, а раскрашенное краской. Зачем же, следовательно, прибегать к этим поддельным украшениям, которые вдобавок никого не вводят в заблуждение, а только вредят истинной и настоящей красоте? Ей абсолютно нет необходимости пользоваться подобными искусственными средствами, для нее не нужно таких утонченных уловок. «Не проводить жизнь, постоянно сидя, подобно рабыням, а побольше стоять, наблюдая за служанками, и, как начальнице, управлять их работами, наблюдать за пекарней, быть вместе с помощницей при отпуске провизии и обходить весь дом, чтобы видеть, все ли в нем на своем месте», — вот средства для наших жен, чтобы приобрести и сохранить ту единственно прочную и естественную красоту, которая вытекает из здоровья.

(По: Ксенофонт. Домострой.)