Арес (Марс)
Арес, сын Зевса и Геры, бог войны — разрушительной и гибельной для человека. Этим он существенно отличается от Афины, мудрой руководительницы битв. Что касается его стихийного значения, то первоначально он был олицетворением грозного, покрытого тучами неба. Гомер называет его родиной Фракию, страну суровых зимних бурь, у воинственных обитателей которой он пользовался высоким уважением. Этот бог ни в чем не находит большего удовольствия, как только в диком шуме битвы, и вечно жаждет раздора и убийств. Закованный в медь с головы до пят, со вздымающимся султаном и высоко поднятым копьем, со щитом из бычьей кожи в левой руке, свирепствует он на поле сражения, уничтожая все перед собой с бешеной силой. Это самый быстрый из богов. Но как бы силен он ни был, его все-таки побеждает Афина,— ясный намек Гомера на то, что осмысленное мужество на войне имеет больше значения, чем грубая сила.
Постоянные спутники и слуги Ареса — Фобос (Страх) и Деймос (Ужас), олицетворения возбуждаемого битвой страха и ужаса. Некоторыми поэтами они считаются его сыновьями.
О местных культах Ареса в Греции можно сказать лишь немногое. В Фивах его считали богом, посылающим чуму. Здесь давали ему в супруги Афродиту, которая везде в греческой мифологии является женою бога огня — Гефеста. От Ареса она родила Гармонию, которая, благодаря своему союзу с Кадмом, стала родоначальницей фиванского народа — кадмейцев. По одному афинскому сказанию, Арес, вследствие убийства одного из сыновей Посейдона (Нептуна), дал повод к учреждению Ареопага и был почитаем как бог кровной мести. Его храм в Афинах украшала знаменитая статуя Алкамена, ученика Фидия. Культ Ареса был также очень распространен у воинственных спартанцев.
Но несравненно больше, чем в Греции, уважаем был этот бог у римлян, которые поклонялись ему под именем
Марса. Уже древнейшие итальянские народы отводили ему важное место в своем культе, хотя и в не в качестве бога войны, ибо при своих мирных занятиях скотоводством и хлебопашеством были далеки от такого культа, а в качестве бога весны, победоносно борющегося против злостной зимы. От него они ожидали успешного приращения своих стад и изобилия плодов земных. Однако в воинственном Риме этот Марс быстро сбросил скромную одежду бога полей и облачился в блестящую броню бога войны, став вместе с Юпитером самым уважаемым богом римского государства.
Согласно верованиям, бог невидимо шел впереди войска, когда оно устремлялось на приступ. Во время войны против соединившихся луканов и бруттиев (282 г. до н. э.), когда консулы мешкали с нападением, какой-то неизвестный юноша необыкновенного роста и красоты стал побуждать войска к наступлению на неприятельский лагерь и сам первый взобрался на вал по штурмовой лестнице. Когда же юношу стали искать, чтобы вручить заслуженную награду победителя, его не нашли — он исчез бесследно. Кто же это мог быть иной, как не пособник Марс? Вот почему консул Фабриций учредил в его честь трехдневный благодарственный праздник.
Разумеется, что со всякой военной добычи Марс получал подобающую ему часть. Поражение в сражении приписывалось его гневу, поэтому Марса старались укрощать необычайными искупительными жертвами. Народное верование считало Марса отцом Ромула и Рема, которым сказание приписывает основание города Рима и которых родила Марсу весталка.
Богу войны в Риме было посвящено Марсово поле, которое представляло собой обширное место для спортивных упражнений римской молодежи и простиралось от Квиринальского холма на запад до реки Тибр. Здесь император Август, после победы над убийцами своего приемного отца Цезаря, воздвиг Марсу храм в греческом стиле, который своим величием и роскошью оставил далеко по зади все древнейшие храмы этого бога. Три колонны от него стоят еще и теперь, как молчаливые свидетели исчезнувшего великолепия.
В честь Марса в мае начинался целый ряд религиозных празднеств, устраивались конные ристания. Причем, существовал обычай приносить в жертву богу запряженную справа лошадь победоносной колесницы. За голову убитого животного вступали в состязание жители двух древнейших кварталов города. Кто получал ее, тот ожидал великих благ. |