Изделия из терракоты

Изготовление изделий из терракоты слагается из пяти операций: приготовление глинистого теста, лепка рукой или с помощью форм, отделка, обжиг и окраска.

Древние всячески старались получать для изготовления терракоты как можно более чистое и однородное глиняное тесто. Материалом для этого служила так называемая сукновальная глина, залежи которой встречаются очень часто во всех странах. Лепная глина обычно представляет в каждой местности, при таких же качествах плотности и вязкости, некоторые особенности в окраске, что не ускользнет от опытного глаза.

При самом изготовлении вещей надо различать два способа: или лепили их из целого куска глины или их формовали в особых формах. Первый способ применялся только для очень небольших фигур, животных, кукол для развлечения детей, а также для выработки отдельных кусков любой величины, из которых потом выделывались ноги, руки, туловище и которые потом прикрепляли, куда требовалось. Способ формовки использовался чаще: он был выгоднее, так как при нем можно было, придавая небольшую толщину стенкам, получать меньшую усушку и тем самым избегать случайностей при обжиге. Кроме того, он давал возможность изготавливать вещи пустые внутри, а потому легкие.

Сама форма делалась из хорошо обожженной и затвердевшей глины. Для простых статуэток в ней вылеплялась сразу вся фигура с головой и даже подставкой. Рабочий берет кусок глиняного теста, кладет его в форму и пальцами разминает глину во все углубления. Этот первый слой еще слишком тонок, чтобы составить прочную стенку; подобным же образом накладывалось друг на друга несколько слоев, пока не получалась требуемая толщина. Таким образом заправленная форма выставлялась на воздух, где она подсыхала, а так как усушка сырой глины довольно значительна, то это обстоятельство позволяло через короткое время легко вынуть отвердевший слепок из формы.

Если изготовляемый предмет был очень сложен, если у него были руки и ноги, отделенные от тела, если у него были крылья или такие аксессуары, как шляпы, веера, деревья и т. д., особенно же если это была целая группа, то тогда одной формой обойтись было нельзя и требовалась своя особая форма для каждой части, а все это уже потом составлялось и слеплялось воедино. Однако было бы ошибкой думать, что форм, употреблявшихся в такой мастерской, должно было быть очень много. Греки умели с помощью очень немногочисленных рабочих приспособлений достигать большого разнообразия в производстве. Если рассматривать статуэтки, вышедшие из одной и той же мастерской, можно заметить, что совершенно одинаковых экземпляров очень мало. Многие статуэтки могут быть очень похожи друг на друга, но почти всегда можно установить некоторое отличие в позе, жесте, движении головы или руки, в измененном положении какого-либо аксессуара, какой-нибудь пустяк, но его достаточно, чтобы внести разнообразие в мотив. Стоило только наклонить голову на плечо, поднять или опустить руку, выдвинуть ногу вперед, переместить какой-либо аксессуар - и получалось десять различных сюжетов вместо одного. Если предположить теперь комбинацию различных форм между собой, то легко понять, что при таких условиях разнообразие могло быть бесконечно. На задрапированный женский корпус можно было, например, поместить голову матроны или же голову девушки в кудрях, а на нее шляпу или венок из листьев, в руки дать веер или гирлянду, мешочек с игральными костями, птицу и т. д. Греческие формовщики обнаруживали в этой отрасли своего ремесла удивительную изобретательность и остроумие. Маленькая мастерская могла иметь не более одной дюжины форм и с этими ограниченными средствами без труда произвести целый мир разнообразных статуэток.

После того как все отдельные части одной и той же статуэтки были прилажены друг к другу и склеены между собой некоторым количеством мокрой глины, оставалось только обжечь данный предмет. Большинство статуэток переходило от формовщиков непосредственно в печь; в тех случаях, когда дело касалось вещей особенно тщательной отделки, обжигу предшествовала еще одна важная операция. Это была ретушь, состоявшая в том, что вещь еще раз отделывалась мастером для лучшей выработки деталей, для чего глина размягчалась соприкосновением с какой-нибудь сырой материей. Эта часть работы была самая артистическая из всего этого производства. Особенно своей техникой славились мастера из Танагры. Только в редких случаях они выпускали вещи без такой отделки. Если обходиться без нее или относиться к работе невнимательно, то можно получить предметы плохого качества.

Обжиг требовал одного внимания, но от этой операции зависел весь успех. Если испарявшаяся вода недостаточно хорошо удалялась через отверстия, оставлявшиеся для этой цели в обжигаемых предметах, если температура была очень высока, вещь давала трещины или рассыпалась, приклеенные отдельные части отставали и все пропадало. Поэтому принимались всевозможные предосторожности, чтобы избежать всех этих случайностей. Старались предварительно хорошенько высушить вещи на открытом воздухе, отчего усушка глины происходила медленно. Сами стенки статуэток делались из как можно более тонкого слоя глины, для того чтобы сделать усушку по возможности меньше. Кроме того, снизу статуэток устраивали обычно довольно большое овальное, прямоугольное или треугольное отверстие — отдушину — для того, чтобы пары воды, выделяясь из пор глины под влиянием жара, находили себе свободный выход. Сам обжиг происходил при очень умеренной температуре; не было никакой необходимости доводить глину до очень значительной твердости, и в большинстве случаев все античные терракотовые вещи обожжены очень слабо.

После этого обожженные вещи переходили в руки художников. Краски накладывались всегда в холодном виде, почему и связь их с глиной была очень слабой. Чтобы увеличить ее, предметы опускались в теплую известковую ванну; частицы извести проникали в поры глины и образовывали белый налет, на который некоторые краски приставали и выделялись намного лучше. Краски употреблялись следующие — красная, от самой яркой до розовой, голубая, зеленая, желтая, черная. Расписывалось все: одежда, тело, лицо, волосы, ноги и даже пьедестал. Глину можно увидеть только снизу. Цвета использовались цельные, и разницы в оттенках одного цвета не допускалось. Чаще всего употреблялись цвета красный и голубой. Зеленый встречался намного реже. Желтый цвет часто был грунтовкой для позолоты; он накладывался на крылья, бахрому туник и вообще на все аксессуары, подлежавшие золочению. Волосы расписывались коричневой краской; брови и глаза обозначались черными черточками; рот подчеркивался красной линией; обнаженные части тела и лицо раскрашивались однообразным тоном, подражавшим цвету живого тела. Одежды обычно делались розовыми или голубыми, иногда белыми с цветными каймами. Правдоподобие не всегда соблюдалось при выборе оттенков: так, листья часто расписывались голубым, а шкуры животных - зеленым и т. д. Но все это лишь результат спешной и машинальной работы. Позолота употреблялась лишь в исключительных случаях. В Танагре и Микенах она встречается на украшениях костюмов, головных повязках и диадемах, серьгах, браслетах и ожерельях; но никогда не замечается ее следов на голом теле. Одни только произведения из Смирны составляют исключение из этого правила. На некоторых статуэтках из этой местности тело сплошь раскрашено золотой краской. Это настоящая подделка, имитация небольших золоченых бронзовых вещиц, которые очень ценились богатыми любителями, но по своей дороговизне были недоступны для среднего класса.

Что особенно бросается в глаза во всех технических приемах этого производства, это - их простота. Греческий ум сказывается здесь целиком во всей своей естественной уравновешенности, соединяя практичность с артистическим чувством. Прекрасное — это цель, к которой инстинктивно стремились все мастера, но они никогда не упускали в то же время из вида и утилитарной стороны дела. Они были в своем роде мыслителями и творцами, передавая в более доступных для распространения пропорциях произведения современной им скульптуры; они с большим проникновением относились к философским концепциям, лежавшим в основе изображений религиозного и погребального характера. Будучи признанными поставщиками святилищ и некрополей, они не забывали, что их клиенты будут искать у них символы, в которых в изящной форме скрыты сложные чувства благоговения к богам, надежды на будущую жизнь, печаль и нежность к умершим. Но их философия оставалась неопределенной, а вера столь же широкой, как и у покупателей. Они удовлетворялись приблизительным, и часто ремесло берет у них верх над идеалом. Их не следует ставить ни слишком высоко, ни слишком низко. Это были искусные мастера, проникнутые царившими вокруг них возвышенными идеями. Но в то же время они были очень практичными ремесленниками, охотно извлекавшими свою выгоду из всего, не стеснявшимися подделок, жадными до барышей, старавшимися достигнуть большего при наименьших затратах и в то же время очень точными в работе и внимательными к требованиям публики, и даже к ее увлечениям. Вот почему произведения коропластов, как их называли, сами по себе вместе с расписными вазами являются наиболее точным зеркалом, отражающим жизнь античного общества.

(Потье. Древние терракотовые статуэтки.)