Зачатки скульптуры в Греции

В настоящее время раньше обучения ребенок в силу наследственности, а также и благодаря всему увиденному вокруг себя, оказывается с самого раннего возраста более способным к восприятию живых форм, чем был взрослый грек в древние времена. В древнейших идолах человеческая форма скорее лишь намечалась, чем действительно передавалась. Разбирая эти первые пробы, можно достичь того, что станешь различать некоторое сходство с формами человеческого тела даже в тех мраморных кусках, отесанных в виде скрипок, которые попадаются в Трое. Однако сходство тут есть: исполнитель по-своему изобразил голову, шею и туловище, но отнял члены. На другом памятнике, сделанном из кости, различные части тела намечены уже более совершенно. Хотя ноги и руки также отсутствуют, но место их прикрепления обозначено легкими возвышениями, находящимися по обеим сторонам бюста.

Более поздние идолы, которые, как считается, созданы на островах Архипелага, воспроизводят один и тот же тип, тип женщины, изображенной со скрещенными на груди руками. Исполнение и здесь отличается тяжеловесностью и наивностью, вызывающими улыбку; однако тут уже виден некоторый прогресс. В наиболее древних из этих изображений ноги соединены вместе и руки слиты с телом. Вся фигура вырезана из тонкой мраморной дощечки. Тело совсем плоское, но пропорции его различных частей соблюдены достаточно верно за исключением заостренной кверху головы, которая слишком велика, и шеи, которая слишком длинна, общий контур формы обозначен даже сзади. Когда чеканщик почувствовал несколько больше уверенности в себе и захотел разъединить ноги, то не рисковал ли он тем расколоть мрамор? Некоторые статуэтки указывают на эти опасения; нижние конечности у них в глубине оставлены цельными.

В конце концов, перестали опасаться того, что мрамор расколется. Встречаются статуэтки, у которых ноги отделены одна от другой, а руки от бюста. В этом чувствуется инстинкт реализма, желание путем увеличения подчеркнуть главные черты строения человеческого тела. На животе иногда обозначался пупок и поперечные складки. Это стремление обнаруживается с еще большей настойчивостью, доходящей до тяжеловесности, в целом ряде фигур, открытых близ Спарты. Одна из них представляется как бы присевшей, но трудно решить, что это - следствие ли неумелости скульптора, или же он намеренно хотел изобразить сидящую фигуру, и было ли под ней какое-либо сиденье.

Возможно, что эти фигуры были раскрашены. Окраска вообще исчезла, но иногда на этих мраморах все же находят ее следы. Так, глаза Аморгоса окрашены в черный цвет, красные полосы заметны на носу и на лбу, верх черепа обведен линией, и поверхность лица отполирована лучше, чем во всех остальных местах. Лицо должно было быть покрыто коричневой краской. Быть может, эти подробности указывают на то, что у этого народа был обычай раскрашивать себе лица и некоторые открытые части тела, как это делают дикари.

(Перро. История античного искусства.)