Афинские колонии V и IV веков

Плутарх справедливо указывает на двойную цель, которую преследовали афиняне, основывая свои колонии: с одной стороны, прийти на помощь беднякам и освободить город от беспокойной толпы; и с другой — прочно занять места, откуда лучше всего можно было бы оказывать помощь своим союзникам.

Эти два отличительных признака афинских колоний — военный и экономический - чаще всего встречаются вместе, иногда же верх берет какой-либо один. Расположение Потидеи обеспечивало обладание Халкидикой; Лемнос19 и Имброс наблюдали за Фракийским морем и за варварскими народами, населявшими его берега; Херсонес выполнял ту же роль по отношению к Геллеспонту. Желание предоставить средства к существованию бедным гражданам особенно ясно видно из той статьи декрета Брей, по которой земельные участки предназначаются для двух самых низших классов. Кроме того, афиняне часто, по-видимому, стремились только к использованию плодов своей победы путем экономического подчинения побежденных; такова была клерухия (раздел захваченных земель) на Лесбосе, причем колонисты сдавали свои участки в аренду их прежним владельцам. Ненависть к жестоким врагам и жадность победителей были, наверное, главной причиной изгнания эгинцев, мелийцев и самийцев. Большая часть афинских колоний не носила коммерческого характера, и афиняне не стремились, подобно финикиянам, основывать населенные пункты для развития торговли с отдаленными странами. Если некоторые пункты были заняты в целях обеспечения безопасности их торговли, то это делалось лишь тогда, когда она была необходима для жизни государства. Таким образом, Херсонес Фракийский обеспечивал провоз хлебных грузов, доставлявшихся с берегов Черного моря; точно так же необходимость афинского флота в лесоматериалах, привозимых из Фракии и Македонии, делала необходимым обладание Лемносом, Имбросом и некоторыми городами Халкидики.

Так как афинские колонии являлись главным образом стратегическими позициями, то нельзя было предоставлять частным лицам инициативу их основания, а также признавать за этими колониями право полной независимости. Вследствие этого клерухия основывается самим государством; оно само вооружает колонистов при их отправлении, переводит их, раздает им земли и защищает их. Чтобы поддержать тесную связь с метрополией, за колонистами сохранялись звания и права афинских граждан. Удаленность влекла, без сомнения, за собой некоторую долю самостоятельности для этих маленьких городков, но их учреждения были копией государственного устройства Афин. Колонисты, и без того связанные столь тесными узами со своей родиной, продолжали, таким образом, повиноваться ее же законам и постановлениям. Словом, эти клерухии являлись как бы внешней Аттикой и составляли настоящую колониальную федерацию.

(Фукар. Ученые записки Академии эпиграфики.)